Сол Гудман мечтал о собственной конторке в Альбукерке. Мечтал, как будет висеть его табличка на двери. Но путь к этой двери оказался тернистым. Деньги утекали быстрее, чем появлялись. Клиенты, которые нуждались в его помощи, часто не могли заплатить и цента. А те, кто мог, предпочитали солидные фирмы с громкими именами.
Он арендовал помещение в старом торговом центре, рядом с салоном для маникюра. Кондиционер грохотал, но почти не охлаждал. Сол часами сидел в пустом кабинете, слушая этот шум и глядя на телефон. Иногда он брал дела по назначению суда — скучные, мелкие, почти без гонорара. Это едва покрывало аренду.
Были дни, когда он думал все бросить. Вернуться на старую работу, где платили стабильно, но душили рутиной. Но что-то внутри не давало сдаться. Может, упрямство. Или глупая вера в то, что его шанс где-то рядом.
Он начал с малого. Помог соседу разобраться со штрафами. Дал совет знакомому бармену. Слово за слово, и о нём потихоньку заговорили. Не как о блестящем адвокате, а как о том самом Соле, который не бросает людей в беде и говорит на человеческом языке.
Клиенты пошли. Не потоком, а тонкой, неровной струйкой. Каждый случай был новой головоломкой, а часто — и битвой с системой. Сол учился на ходу, импровизировал, иногда лавировал на самой грани. Он понимал, что в его положении играть по строгим правилам — значит обречь себя на провал. Приходилось находить свои ходы.
И вот однажды, после особенно изматывающего дела, он вышел из здания суда, усталый, но с чувством выполненного долга. Вернувшись в свой скромный офис, он взглянул на ту самую табличку: «Сол Гудман, адвокат». Она висела немного криво. Он поправил её. Это была его дверь. Его битва. И он был точно на своём месте.